Казахстанская нефть перестанет поступать в Германию по «Дружбе»: что это значит для Астаны и рынка нефти
Россия с 1 мая приостанавливает транзит казахстанской нефти в Германию по нефтепроводу «Дружба». Речь идет о поставках на нефтеперерабатывающий завод PCK в городе Шведт (федеральная земля Бранденбург). Информацию о планируемой остановке транзита подтверждают министерства энергетики Казахстана и экономики Германии.
«На май поставок в Германию нет»
Министр энергетики Казахстана Ерлан Аккенженов сообщил журналистам, что официального уведомления от российской стороны пока не поступало, однако по неофициальным каналам данные о приостановке транзита подтверждаются. По его словам, на май объем прокачки по маршруту Атырау – Самара в направлении нефтепровода «Дружба» и далее на завод в Шведте заявлен на уровне нуля.
Российская сторона, ссылаясь на неофициальные данные, указывает на отсутствие технической возможности для прокачки казахстанской нефти. По оценке министра, это, вероятно, связано с недавними ударами по российской нефтяной инфраструктуре, в частности по линейной производственно‑диспетчерской станции «Самара», где в результате пожара, по неофициальной информации, были повреждены резервуары, задействованные в разделении казахстанской нефти KEBCO и российской смеси Urals.
Несмотря на неопределенные сроки восстановления объектов, Аккенженов рассчитывает на относительно быстрое возобновление транзита в Германию. Он подчеркнул, что объемы прокачки перераспределяются по другим маршрутам: через трубопровод Каспийского трубопроводного консорциума (КТК), а также за счет поставок в Китай.
Из общего объема добычи нефти в Казахстане, который в этом году оценивается примерно в 80 млн тонн, по «Дружбе» планировалось отправить около 3 млн тонн (против 2,1 млн тонн годом ранее). Казахстанская нефть обеспечивала порядка 20–30% потребностей завода в Шведте. При этом, по словам министра, сокращения добычи в стране не планируется.
Мнение экономиста: Германия может уйти к другим поставщикам
Экономист Айдар Алибаев настроен менее оптимистично, чем руководство энергетического блока. По его мнению, Германия осознает отсутствие вины Казахстана в срыве поставок на НПЗ в Шведте, однако почти наверняка начнет искать альтернативные источники сырья, чтобы снизить риски.
Он отмечает, что при любых сбоях в логистической цепочке часть ответственности в глазах контрагентов несут все участники поставок. Неопределенность сроков восстановления станции «Самара» — от месяца до нескольких — создает риск, что к моменту восстановления инфраструктуры Германия уже перестроит свои закупки. В этом случае, даже если Казахстан будет готов вернуться к прежним объемам, потребность в них может оказаться ниже.
Что касается политических последствий, Алибаев не ожидает резких изменений в отношениях Казахстана ни с Россией, ни с Украиной. По его словам, отношения Астаны и Москвы и без нынешней ситуации остаются сложными, но многоплановая взаимозависимость не позволяет Казахстану идти на открытый конфликт. Недовольство будет выражаться на высоком уровне, однако страна, будучи во многом зависящей от российских транзитных маршрутов, вынуждена будет «терпеть».
Экономист также не видит оснований для обострения с Украиной, хотя удары по станции «Самара» исходили именно от украинской стороны. Киев рассматривает подобные объекты на территории России как легитимные военные цели и не воспринимает Казахстан как противника, тогда как Астана не в состоянии повлиять на ход конфликта и ограничена в возможных действиях.
Нефтяной аналитик: сбои усиливают нервозность на рынке
Бывший советник министра энергетики Казахстана Олжас Байдильдинов подчеркивает, что давать однозначные оценки происходящему пока сложно. Россия официально не объявляла о прекращении транзита, и до сих пор неясно, касается ли остановка только казахстанской нефти или всей нефти, проходящей через узел в Самаре.
По его данным, Казахстан планировал увеличить поставки в Германию с 2,5–3 до 5 млн тонн в год. Для отдельного НПЗ это значительный объем, сопоставимый с его годовой мощностью, но в масштабах всей германской экономики такая доля не является критическим фактором. Тем не менее, считает эксперт, любые новости вокруг нефтепровода «Дружба» отражаются на ценовой конъюнктуре.
Байдильдинов напоминает, что на рынок одновременно давят несколько факторов: напряженность вокруг Ормузского пролива, атаки на инфраструктуру КТК, сообщения о предотвращении диверсий на трубопроводе Баку – Тбилиси – Джейхан, а теперь и ситуация с «Дружбой». К этому добавляются атаки на танкеры и сухогрузы в Черном море, из‑за чего цепочки поставок усложнились, а сроки принятия решений увеличились. Все это ведет к росту себестоимости и делает рынок более нервным.
По мнению эксперта, Казахстан в целом заинтересован в том, чтобы энергетика была вынесена за рамки политических и военных конфликтов и поддержит возможные инициативы Евросоюза в этом направлении. Дестабилизация рынка нефти и нефтепродуктов невыгодна ни европейским потребителям, ни странам‑поставщикам, включая Казахстан.
