Президент поручил российским университетам создать отдельные факультеты русского языка и литературы — отдельно от филологии и лингвистики. По мнению Ивана Преображенского, цель такой инициативы — подчеркнуть исключительность языка и усилить государственный контроль над его нормами.
Отдельный предмет, единый учебник и словари
Инициатива предполагает не только выделение русского языка в отдельную академическую дисциплину, но и создание «единого учебника» и официальных нормативных словарей — говорят о нескольких подобных изданиях. Эксперты отмечают, что лишённая научного плюрализма стандартизация легко превращается в инструмент идеологического контроля.
Исторические параллели с централизацией знаний
Опыт XX века показывает, что политическая централизованность в науке и образовании часто ведёт к искажению дисциплин и преследованию инакомыслящих. Бывали примеры, когда властные установки подменяли научные критерии, а дисциплины использовали для конструирования официальных мифов.
«Товарищ Сталин, вы большой учёный —
В языкознаньи знаете вы толк,
А я простой советский заключённый,
И мне товарищ — серый брянский волк»
Кто формирует языковую политику
Владимир Путин уже ранее влиял на содержание школьных программ и подходы к преподаванию истории. В вопросах языка среди советников фигурируют люди, ориентированные на усиление единого государственного курса, что усиливает вероятность политической мотивированности реформ.
Опасения: репрессии и экспорт нормы
Кодификация языка может сопровождаться ограничениями свободы выражения: критика официальной нормы или «коверканье» языка могут рассматриваться как нарушение. На фоне войны с Украиной этот подход уже сопровождался риторикой о превосходстве русского языка и запретом украинского в оккупированных территориях — есть риск распространения таких практик и внутри страны, вплоть до применения силовых мер для навязывания «официальной» нормы.
Если языковая политика будет реализовываться в духе политической конъюнктуры, то за несколько лет официальный вариант языка может превратиться в инструмент власти, а научный дискурс — в сферу ограниченного одобрения.
Автор: Иван Преображенский, кандидат политических наук.
