Ирина Вербловская: писательница, краеведка и диссидентка Ленинграда

Портрет женщины, пережившей репрессии, блокаду и ГУЛАГ, чья судьба переплелась с Петербургом и историей диссидентского движения.

Эта статья рассказывает о жизни Ирине Вербловской — писательнице, краеведке и диссидентке Ленинграда, о годах заключения и памяти Петербурга.

Родословие и юность

Она родилась 14 мая 1932 года в Ленинграде. Её дед, Исаак Вербловский, переехал в Петербург на рубеже XIX–XX веков и открыл зубоврачебный кабинет; он имел право жить за чертой оседости. В семье в 1929 году отца и мать выслали за связи с иностранцами, они вернулись в город в 1932 году. В семье появилась двойня, и им дали две комнаты в большой коммуналке на Петроградской стороне.

Её мама Наталья, вдохновляясь примером известного юриста Анатолия Кони, поступила на юридический факультет и влилась в интеллектуальную среду дома. В 1937 году за такие слова её арестовали, и семья пережила тяжёлые репрессии.

Образование и ранняя жизнь

В 1949 году она окончила школу и отправилась учиться в Тарту, затем перевелась на исторический факультет Ленинградского университета, который завершила в 1954 году. В 1953 году умер Сталин, и Вербловская поехала в Москву, где увидела вождя в гробу.

После университета она год проработала учителем в Архангельской области, вернулась в Ленинград, преподавала в вечерней школе и работала в БАН, где познакомилась с Револьтом Пименовым.

Красный как знамя винегрет

Револьт Пименов — математик и диссидент, чьё имя связано с движением за политическую свободу. Он выступал за права учащихся и вела движение за реформы. В 1957 году Пименов был арестован за антисоветскую пропаганду и получил десятилетний срок. Ирина стала его гражданской женой и активно участвовала в делах, связанных с венгерскими событиями.

28 марта 1957 года Ирину Вербловскую арестовали по обвинению в антисоветской пропаганде, её приговорили к нескольким годам заключения. В лагере она прошла через суровые условия, включая Шпалерную тюрьму, трудовые лагеря и Мордовию — путь, который стал частью её биографии и памяти.

Таз с павлинами

Там же она пережила тяжёлые годы заключения: тяжелые условия, полевые работы и попытки сохранить человеческое достоинство. По рассказам близких, она сохраняла дух и училась на бухгалтерском деле, помогая себе в трудных условиях.

После освобождения ей было сложно вернуться к обычной жизни, но она получила поддержку друзей и смогла вернуться к работе — начав с Калинина, позже в Ленинграде устроилась в Городское экскурсионное бюро.

Каждый год 28 марта она собирала близких, чтобы отметить день освобождения и напомнить о памяти репрессий. Её экскурсии по Ленинграду стали легендарными, а сама она оставалась символом стойкости и памяти города.

Город – это моя родина

После лагерей Ирине не удалось полностью вернуться к прежней жизни, но она построила новую — как экскурсовод и хранитель памяти. Петербург стал её городом и источником силы — городом, который она любила и за который боролась.

Она продолжала жить и работать в городе, воспитывать детей и писать воспоминания о своём пути и судьбах других женщин, переживших репрессии. Город навсегда стал для неё родиной и символом памяти о прошлом.